Алексей РЫБНИКОВ:

Чувство прекрасного заложено в человеке от природы

Юлия НИКОЛЬСКАЯ

Значение композитора Алексея Рыбникова для музыкальной России сложно переоценить. На его счету работа более чем в шестидесяти фильмах, около полусотни симфонических произведений и любимая не одним поколением рок-опера "Юнона и Авось", уже тридцать лет с аншлагом идущая в "Ленкоме".

- Алексей Львович, аудитория поклонников классической симфонической музыки за последние десятилетия изменилась?

- Конечно, так как сменилось поколение. Я много вижу молодежи в концертных залах, которая приходит на концерты симфонической музыки. Это в основном, конечно же, люди, имеющие непосредственное отношение к музыке, обучающиеся ей, а также старшее поколение, которое просто не представляет себе жизни без этой музыки. За последние годы появились и совершенно новые ценители академической классической музыки - это разбогатевшие слои нашего общества, которые устраивают в Барвихе концерты, куда в основном приглашаются звезды мировой классической музыки. Можно сказать, что во всем мире приблизительно одинаковая ситуация, никаких особых для России правил и исключений я не вижу. На хорошие концерты народ ходит, залы заполняются. Одним словом, то, что люди хотят слушать качественную музыку, - это факт.

- На этих концертах играют веками проверенную классику или современные произведения?

- Безусловно, только классика. Вот это как раз для меня ново. Я вспоминаю свою юность, в те годы очень много играли премьер современных композиторов того времени - Свиридова, Шостаковича, Хачатуряна. То есть живущих композиторов, которые каждый год создавали новые произведения, становившиеся событием. Например, Шостакович написал "Виолончельный концерт", и на него было совершенно невозможно прорваться. Мне пришлось слушать по радио. В те годы современники вызывали очень большой интерес, и в этом, естественно, большая заслуга исполнителей. Такой выдающийся исполнитель, как Ростропович, инициировал огромное количество произведений, он играл классику и в то же время был крайне заинтересован в создании новой музыки.

- Почему современную музыку перестали играть?

- Да, музыку живущих композиторов понемногу перестали играть вообще. Это произошло потому, что со временем музыкальный язык стал очень сложным, недемократичным. И та публика, которая приходит в залы, пресытилась авангардной музыкой XX века. Поэтому композиторы, пишущие в стиле XX века, были вытеснены в отдельный клан. Что касается широкой аудитории, то дирижеры боятся, что будет неуспех. А современные исполнители в свою очередь перестали интересоваться тем, что создается в наше время, перестали заказывать музыку. Ведь композитор - это человек, пишущий музыку по заказу оркестров, исполнителей, но сейчас этого в России не происходит. В других странах немного по-другому, потому что оркестры существуют на дотациях и грантах, которые им дает государство, но они обязаны играть музыку современных композиторов, живущих в этой стране. Во Франции - французских, в Норвегии - норвежских. У нас, конечно, нет обязательного процента современной музыки. Дирижеры не хотят рисковать и играют в основном веками опробованные сочинения. И эта ситуация совершенно губительна для того, чтобы в наше время что-то создавалось.

- Но не все же современные композиторы пишут сложную для восприятия авангардную музыку?

- Сейчас понемногу происходит становление музыкального языка, приемлемого для аудитории, который был бы интересен и свеж. Я сейчас уделяю этому большую часть своего времени. Мне повезло, состоялось несколько исполнений моих крупных сочинений. Повезло, потому что в наше время все это хрупко, зыбко и нет устоявшейся традиции.

У меня была сыграна "Шестая симфония", которую исполнил Гергиев в Колонном зале на фестивале симфонических оркестров мира, и "Пятая симфония" для нескольких хоров и симфонического оркестра, которая тоже была исполнена в этом году под управлением Сладковского, где больше двухсот участников, практически неподъемное произведение. Но премьерное исполнение состоялось благодаря фестивалю "Черешневый лес", в рамках которого есть возможность организовывать такие события. И руководство этого фестиваля понимает, что в наше время тоже должно что-то происходить. На "Фестивале симфонических оркестров мира" тоже исполнялась современная музыка, и, кроме того, что приехали лучшие оркестры мира, еще и прозвучали совершенно новые произведения, которые очень интересно послушать. Получается, что сами фестивали являются инициаторами, предоставляют возможности для исполнения новых сочинений. Это направление достаточно перспективно.

- Алексей Львович, вы как-то обмолвились, что настоящая музыка - это та, которая подчиняется законам природы...

- Дело в том, что человек, сотворенный Богом, как считают верующие, или природой, создан по определенным законам, касающимся всех областей его жизни, которые также распространяются на организацию музыкальных звуков. Это, собственно, и является творчеством композитора. Если организовать звуки так, что мелодия будет противоречить законам природы, то человек просто не будет этого воспринимать. Привлечь слушателя, заставить его слушать и управлять его внутренним временем - это то, что удавалось великим композиторам. И, безусловно, музыка должна быть красивой. Потому что чувство прекрасного заложено в человеке от природы.

- Так, может быть, именно поэтому так популярный в конце прошлого века авангардизм сейчас сдает свои позиции? Ведь композиторы, пишущие в этом стиле, ломают некие каноны.

- И не только поэтому. Надо понимать, что эта музыкальная система, этот язык XX века появился не просто так, а отразил весь кошмар этого чудовищного столетия, за время которого были уничтожены десятки миллионов людей во имя призрачных высоких целей. И этот кошмар - разрушение гармонии, времени, природы - выразила музыка и сделала это гениально. Но время проходит, наступило другое сознание, и постоянно выражать застывший ужас сейчас уже нет необходимости. Современная молодежь не знает, что такое тоталитарный режим или концлагерь. Им хочется радоваться жизни и наслаждаться красивой музыкой.

- А какие музыкальные театральные жанры наиболее популярны в наше время?

- Сейчас нельзя выделить какой-то определенный жанр, у каждого есть свой зритель. Музыкальный театр как сформировался в конце XX века, таким он и остался. Это музыкальные спектакли самого разного плана - мюзиклы, рок-оперы... Они очень разнообразны. Есть те, в которых большее внимание уделено драме, а есть просто музыкальные шоу, такие как "Mamma Mia". Также, безусловно, классическая опера, которая сейчас на высоте во всем мире. Несмотря на то, что современные режиссеры-постановщики пытаются сделать из классики что-то невообразимое. Поют те же самые ноты, оркестр играет ту же самую партитуру, а то, что мы видим на сцене, - осовременивание. На мой взгляд, аудитория соскучилась по чистой классике, чтобы сочетались музыка и визуальный ряд.

- Что касается мюзиклов - на каком уровне по сравнению с Западом они находятся у нас.

- Зачастую бывает, что они менее профессиональны. У нас есть талантливейшие люди, работающие в этом жанре, которые сталкиваются с недостатком профессионализма, скажем, в постановочной части, звукорежиссуре.

То, что происходит сейчас в МДМ, - это не совсем русское явление, потому что это все-таки большая международная фирма, которая ставит свою продукцию для России. И делает это суперпрофессионально. А как только мы становимся на нашу почву, начинаем осознавать, что у нас вообще нет театров для современных музыкальных жанров. Все театры у нас или драматические, или оперные, либо театр оперетты. Для мюзиклов необходимо определенное оборудование для света и звука, что для наших театров представляет большие сложности. Таким образом, у нас нет специально оборудованного помещения для постановки современных музыкальных произведений. Я это знаю по себе, так как наш театр много ездит по стране, был практически во всех крупных городах России. И везде происходит одно и то же. Есть театральное помещение, но звуковую аппаратуру надо брать в одном месте, световую - в другом. О том, чтобы приехать в театр, где уже все оборудовано, приходится только мечтать. Поэтому то, что в России назрела необходимость строительства или переоборудования, или перепрофилирования каких-то площадок для современных музыкальных постановок, - неопровержимый факт.

- Алексей Львович, вы сейчас продолжаете писать музыку для кино?

- Практически нет, потому что не хватает времени на участие в чужих проектах. Очень много моих собственных, работа над которыми отнимает все время. Почти завершена музыкальная драма по Толстому "Война и мир", сразу скажу, что это не опера, так как конкурировать с Прокофьевым не имеет смысла. Но сама эпопея настолько многопланова и глубока, что на ее основе могут возникать самые разные произведения, как опера или фильм. Но в музыкальном драматическом театре пока еще не было такого воплощения "Войны и мира", и мне интересно было взглянуть на нее через призму современного музыкального языка.

Также мне очень нравится создавать произведения на духовные темы. Это масштабная работа с хоровыми коллективами. Кроме того, мне поступают заказы от симфонических коллективов. Но приходится выстраивать некую очередность, чтобы все замыслы успеть воплотить в жизнь.

Самым важным для меня на сегодняшний день является запись "Литургии оглашенных" и, возможно, съемки музыкального фильма. Потому что если уж приходить в кино, то со своим собственным проектом.