Защитить милицию от «пенальти-реформы»!

Эрик КОТЛЯР

А пока ремарка - только для сведения читателей, а не авторов ангажированных заметок, они-то хорошо осведомлены об истинном состоянии дел в стране.

В российской милиции степень коррумпированности ничуть не превышает этот показатель в других областях государственной и общественной деятельности. В здравоохранении, образовательной сфере ее намного больше. Еще больше в иных правоохранительных структурах, в прокуратуре и судейском корпусе. Ну а как поражен весь чиновничий аппарат российской государственности метастазами коррупции, так это куда там милиции! Милиция невинный ягненок рядом с крутыми боссами коррупции, на которой и держится государство российское с начала девяностых. Причем, заметьте, царские оклады высоких чиновников ни на йоту не умеряют их коррупционные аппетиты. Даже когда зарплаты этих людей исчисляются сотнями тысяч, взятки все равно ведут счет на миллионы... Чем выше положение чинуши и выше цифра оплаты его труда, тем шире его взгляд на сумму кеша и тем дороже он ценит свою подпись. В обществе, где коррупция - символ всей экономики, мелкие поборы некоторых милиционеров что-то вроде песочницы в детском саду...

Однако вся борьба с коррупционными проявлениями сосредоточена именно на милицейских кордонах общества. Придуман даже особый термин «оборотень». Хотя с давних пор в милиции отступники от закона назывались куда точней - предателями. «Оборотень» звучит уничижительней и раздражает слух обывателя, вызывает возмущение и даже ярость. Сочувствия к «оборотню» никакого. Но и этого мало. Придуманы специальные законы для наказания провинившихся милиционеров. Тот хапок, что другому коррупционеру можно засчитать как экономическое преступление, милиционеру отольется тяжким наказанием на долгий срок. Смотри, обыватель, и радуйся, как у нас здорово поставлена борьба с коррупцией. Милиция тебя обижает, она несправедлива к тебе и пачкает честь власти и государства, вот мы ее и наказываем по полной мере в отместку за твои обиды. А то, что вокруг тебя хапают другие: врачи придумывают тебе болезни, чтобы уложить на ненужную операцию за огромные деньги, педагоги ценят в тысячи долларов ЕГЭ для твоего чада, коммунальщики накручивают квартплату за неоказываемые тебе услуги, торгаши заламывают цены на еду - так это обязательно надо учиться терпеть. Потому как переход от ненавистного социализма к великому глобализму, прежде всего, есть наука вечного терпения...

А вот милицию мы окоротим, дадим ей по рукам, чтобы не лезла в твой карман, а может, еще и вообще ее ликвидируем, поскольку при грядущем глобализме роль милиции мутная и даже вредная...

Скажете, автор перегнул палку и преувеличивает? В конце концов милиционеры обязаны бороться с коррупцией и в их рядах изменников закона быть не должно. Поэтому правильно разоблачают коррупционеров в серой форме, показательно наказывают, чтобы неповадно было другим, а им, проштрафившимся, так и надо!

Ну что ж, давайте разбираться! Начнем со статистики. Скажем, в московском гарнизоне служат сто тысяч человек. Сколько мы знаем случаев взяточничества? Сотни случаев и то не наберется. То есть на тысячу сотрудников один неправедный случай. Скажете, сколько там среди ваших ста тысяч не разоблаченных? Есть, конечно, но не так много, как среди врачей, учителей, коммунальщиков и, главное, тех же чиновников. Много ли было судебных заслушиваний по обвинению людей в белых халатах? А поговорите со своими знакомыми, скольким из них буквально навязывали медицинские услуги за деньги? Иногда даже за такие услуги, что входят в обязательный перечень безденежной медицинской помощи. В этом номере мы публикуем рассказ Ильичева именно о такой «услуге» с вымогательством, написанный им на основе достоверного факта.

А как покрывают чиновники своих «данайцев», дары им несущих? В Москве созданы пять тысяч фальшивых ТСЖ. Этот способ домоуправления превращен чиновниками в доходную кормушку. На каждый ТСЖ город отпускает солидные субсидии, которые разбегаются по карманам брюк, и, возможно, брюк не только представителей районных властей. Хоть один процесс по фальшивым ТСЖ состоялся?

Оглянитесь вокруг, когда идете по улице. Сколько вывесок с заумными названиями всевозможных банков, от них пестрит в глазах. Что, эти «банки» выдают кредиты хозяйствующим субъектам? Проверки не раз показывали, что их прямая цель - «обналичка» или перегонка грязных денег за рубеж. Конечно, господин Кудрин, наш министр финансов, с этой мелюзгой связываться не будет, когда он распыляет госфонды между банковскими акулами. Его задача - помогать США, а не российским пенсионерам. Но почти все акулята - это дочки, порожденные акулами. И когда в начале кризиса акулам банковского бизнеса были переданы огромные деньги и госфонды сократились почти наполовину, а российские деньги безотчетно уплыли за рубеж, акулята приложили к тому немалые усилия... Было ли хоть одно разоблачение? А если бы и случилось, все равно бояться акулам и акулятам нечего. Медведев определил номенклатуру экономических преступлений, к которым должен применяться облегченный подход. В отличие от милиционеров, которым тот же Медведев за куда меньшие проступки постановил отдуваться не только за себя, но еще и за большого «экономического» парня.

Было ли хоть одно осуждение ритейлеров, которые продали вам по заоблачной цене просроченную, купленную оптом бросовую за рубежом дохлую еду по демпингу, по сути гниль?

И что на этом фоне несчастная, плохо оплачиваемая милиция, обитающая в общагах и пытающаяся еще хоть как-то справляться с бушующим вокруг уголовным беспределом? Ведь и нет никого, кроме милиционеров, кто хоть как-то противостоит на пути грязного потока.

Обратите внимание на такой факт. Правозащитники, которым в Кремле торжественно вручают к дню рождения дорогие букеты, обо всех перечисленных безобразиях предпочитают не заикаться. Зато всю энергию правозащитной оголтелости направляют на разоблачение коррупции в рядах именно милиционеров. С чего бы это? Если власти города запрещают собрания на Триумфальной площади, правозащитники специально провоцируют милицию на резкие действия, отлично понимая, что милиция - репрессивный орган власти и по своему назначению обязанный реагировать на нарушения правопорядка в столице. Значит, тут же появляется лишний повод для гневных выступлений в адрес милиции, как несправедливого распорядителя полномочиями власти. Надо полагать, за океаном те, кто платит доллары за работу нашим правозащитникам, вполне удовлетворены тем, что происходит на улицах российской столицы по «инициативе оппозиции». Правозащитникам вообще по фигу все, что творится в стране с простым народом. Они борются со своей властью, которую недавно сами создали, за чистоту «конституционных прав человека». Хотя этот самый человек вовсе и не стремится выходить на Триумфальную площадь во имя провозглашения пустых словес. Его, этого самого человека, куда больше волнуют права на условия жизни - зверский рост цен и коммунальных тарифов, низкая оплата труда и страх не справиться с обязательными платежами уже завтра. Еще волнует мрачная перспектива оказаться без работы или, что почти одно и то же, стать списанным властью со счета пенсионером на жалком пайке в мире дороговизны.

Ау! Правозащитники! Где же вы перед букетом горьких российских проблем, что гложут и пожирают наш народ? Правозащитникам наши исконные беды нужны, как третья нога. Все их интересы - это глухо замаскированная политика, понятная только им. И еще - всероссийскому уполномоченному по правам человека Лукину, нарисовавшемуся в шеренге провокаторов городской милиции в очередное 31-е число календаря.

А теперь посмотрим, что же все-таки имел в виду министр Нургалиев, когда сказал, что в процессе реформы менять надо именно психологию сотрудников. А не вообще абы что! Чем привел в очередное бешенство всю оголтелую свору.

В какой стране мы оказались в итоге «удачно» проводимых реформ? Прежде всего в стране мощнейшего криминалитета, подмявшего под себя все и вся, включая и политические ориентиры, даже у правозащитников, которые и не заметили, что, стараясь сокрушить милицию, они, желая того или нет, потворствуют тем, с кем милиция призвана бороться и борется. Другой вопрос, хорошо борется или плохо. Скорей всего далеко не идеально, так разберитесь правозащитники, в чем же причины, что мешает милиции выполнять свой долг на отлично. А долг милиции - прежде всего защищать народ от преступных посягательств, и сегодня это единственная сила в этом смысле в государстве.

У олигархов и чиновников - службы собственной безопасности, у народа единственная надежда на безопасность - это милиция...

Если правозащитникам в самом деле дорог народ, а не абстрактные прописи в конституционных скрижалях, пусть поинтересуются, что же мешает милиции действовать решительно и радикально? Узнают, между прочим, много интересного. О законах, проконсультированных перед их утверждением преступниками с послужным стажем. «СК» не раз приводил на своих страницах снимки проекта УПК с корректировкой известного квартирного мошенника Евстафьева, сделанной им в застенке Бутырской тюрьмы. Вот уж шедевр демократии по-российски, когда рецидивисту посылают для замечаний в тюрьму проект основополагающего правового документа, по которому предстоит ловить и изобличать всю преступную урлу!

На сегодняшний день свыше 51 тысячи осужденных, о которых не переставая пекутся правозащитники, - лидеры преступной среды («воры в законе», «смотрящие», криминальные авторитеты, главари банд и ОПС). Возраст двух третей таких людей 30 - 50 лет. Это вполне зрелые субъекты с твердыми жизненными установками. Национальный состав их разнообразный. 33% среди них грузины, 32% - русские, 8% - армяне, 5 % - азербайджанцы. Остальные принадлежат другим национальностям. Те правозащитники, которые подверглись политическим репрессиям в приснопамятные времена, должны бы помнить, какой произвол и свою «конституцию понятий» утверждали тогда и продолжают насаждать для попавших вместе с ними заключенных эти уголовные князья. Они осуществляют в местах лишения свободы властные, идеологические, экономические, координационные, контрразведывательные функции. По их указке возникают беспорядки, голодовки, сбор средств в «общаки», проходит дискредитация соперников, проводят «коронацию» союзников, дезорганизуют работу общественных формирований. Они подкупают представителей администрации, создают агентурную сеть и через нее дезинформируют администрацию и даже вербуют подельников из числа персонала администрации, в том числе с помощью связей на свободе. Для манипулирования волей осужденных они используют угрозы, способы и средства подавления личности, насилия, вовлечения в азартные игры.

И, как ни странно это прозвучит, в значительной мере эту враждебную государству деятельность, поддерживает правозащитная практика. Правозащитники уже добились «гуманизации» процесса исправительно-трудовых действий в зонах. Условно-досрочное освобождение превращается из исключительной меры поощрения в полную противоположность - повседневность. На волю выходят рецидивисты, способные обеспечить «грев» лидерам, обязанным по законам воровского мира постоянно жить в зонах, не выпуская из рук правление субкреативной средой.

В самих зонах генералы криминальной армии давно оценили выгоды, которые открыла для них демократия. Используя процессы «гуманизации», они находят приемы давления на администрацию, провоцируя массовые, необоснованные жалобы заключенных, групповые эксцессы в жилых и производственных секторах зон. Поскольку политических заключенных в зонах теперь нет, правозащитники перенесли свои заботы на уголовный мир, который до 1956 года «опускал» в ИТЛ жертв политических репрессий и всячески изголялся над ними.

Здесь кардинально расходятся принципиальные позиции милиции и правозащитного движения. Милиция старается беспощадно бороться с антиобщественной средой, искореняя посягательства криминалитета на законную основу общественного жизнеустройства. Правозащитники противостоят правоохранительной деятельности, вмешиваясь в отработанные годами правила взаимоотношений между милицейской системой и понятийным аппаратом уголовного мира.

Истину видно изнутри. Министр Нургалиев за годы управления милицейской системой понял, что сложившуюся систему с отработанными механизмами просто так безболезненно для жизни общества «модернизировать» невозможно. Можно только развалить.

Настроенное пропагандой в СМИ общество уже согласно с упразднением аппарата милиции, не отдавая себе отчет в том, чем такое может закончиться. Мы уже в девяностом году видели, как разваливали Советский Союз и к какому положению подавляющего большинства народа это привело. Милиция - одна из последних устойчивых структур еще со времени Советского Союза, которая в силу многочисленных связей с народной массой еще как-то помогает скрепить общей государственностью население огромной территории. Что явно не по нутру тем, кто очевидно стремится к окончательному развалу России. Ведь до сих пор копошатся выкормыши школы Збигнева Бжезинского Мадлен Олбрайт и Кондолиза Райс, которые без устали повторяли, что несправедливо России владеть основными земельными ресурсами. Да, что говорить! У Барака Обамы в советниках ходит сын Бжезинского...

Развал милиции - один из проектов организационной войны, которую ведут против России ее заклятые «друзья». А правозащитники играют ту же роковую роль в этой игре, какую они исполняли в период развала Советского Союза. Если раньше они прикрывались лозунгами борьбы с тоталитарным строем, то теперь их не видно на передовой борьбы со строем олигархическим, а ведь в том виде, в каком он позиционирует себя сегодня, этот строй - удавка для народа. Но в подготовке к развалу России в интересах мирового «Фининтерна» они успешно оправдывают свой хлеб.

Нургалиев не может перечить президенту, который объявил реформу милиции. Но министр хорошо понимает, к чему может привести слом механики милицейской системы. Если она забуксует, преступность враз сорвется с истонченного поводка. Кто-то с нетерпением ждет этого момента.

Когда Нургалиев говорит об изменении психологии у четырех миллионов человек милицейского аппарата, он понимает, какая это несусветно тяжелая задача в атмосфере коррупционного беспредела, царящего в обществе. Это очень тяжело. Но еще непосильней снять в наступивший «золотой век» для преступности милицейский намордник с ее оскаленной пасти.

Мы думаем, что в душе министр согласится с нашим убеждением. «СК» уже писал, что во время криминального ренессанса, который разразился в России с подачи олигархического капитала, в нормальном государстве не сокращают милицию, а, наоборот, значительно расширяют ее оперативные звенья. Минимум процентов на тридцать - сорок... И направляют острие карающих законов не против милиционеров, а против коррупционеров с их «экономическими преступлениями» и вожаков махровой преступности, перекрасившихся под большой бизнес.

В бананово-лимонном Сингапуре, например, всех коррупционеров, независимо от чина, и лидеров преступных сообществ прилюдно расстреляли.

Теперь наши российские руководители приезжают в Сингапур, удивляются и ахают - как же у вас тут хорошо, рядом с бананами и лимонами растут прямо на глазах невиданной красоты небоскребы!

Чего тут удивляться и разводить ручонки? В Сингапуре полицию не разваливали, а, наоборот, укрепили и дали возможность полицейским навести в стране тот порядок, что обеспечил прогресс и процветание народа.

В России все с точностью до наоборот. Милицию стараются развалить, коррупция круто всходит ядовитыми цветами, криминалитет сидит не в тюрьмах, а в престижных ресторанах, все надежды только на «модернизацию» и «инновации» непонятно чего и кого?

В такой обстановке возглавлять милицейскую систему страны, руководство которой толком не знает, чего хочет, врагу не позавидуешь!

Крепитесь, Рашид Гумарович, вам очень непросто, как и любому, кто сегодня мог оказаться на вашем месте...

ПРОДОЛЖЕНИЕ ТЕМЫ

Соломенная шляпа от Армани, под расстегнутым воротом разноцветной шелковой сорочки золотая цепь в палец толщиной, на письменном столе - фото Япончика. Корреспондент СК Александр ДАНИЛКИН в гостях у московского авторитета, о котором журналистские источники шепотом говорят, что он знает все и о криминальном мире, и о милиции.

- Грядущее реформирование МВД как-то обсуждается в вашем кругу?

- В основном с той стороны, что из-за кадровых сокращений некоторые старые связи будут утрачены. Но очень быстро на смену придут новые люди. Желающих много. А о каких-то кардинальных переменах нет речи ни на том берегу, ни на этом. Да и откуда им взяться, если корабль плывет стабильным курсом? Милицию, на моей памяти, скручивали в спираль гораздо жестче, но она все равно распрямлялась. Она же не только исполняет приказы власти, но и власти без нее никуда. Вот поэтому у милиции всегда все в порядке. Ей жестко стелят, да ей мягко спать.

- Но реформой собираются отсечь взяточников.

- Милиционер может брать деньги за какие-то свои особые усилия, это не страшно. Главное, чтобы он не совсем продавал душу дьяволу, не творил беспредел. От этого, кстати, хорошо защищает круговая порука - система внутренних рекомендаций по выдвижению. И в случае чего - наказание не только виновника, но и его окружения. Вплоть до начальства. Теперь так будет и в милиции. Это мудро и пойдет на пользу всем.

- А ожидаемое при этом сокращение личного состава МВД тоже пойдет россиянам на пользу?

- Знаете, гражданам не угодишь. Когда у них все в порядке - им кажется, что милиции много. Когда у них проблемы - им кажется, что людей в погонах мало. На самом деле показатель такой: если жизнь становится безопасней - милиции в стране в самую меру.

- Статистика от МВД стабильно улучшается по большинству показателей. Вы верите в это?

- Без всяких официальных цифр невооруженным глазом видно, что это правда. И на улицах с каждым годом тише, и по сложным сюжетам крови проливается меньше. По сравнению с тем, что было, скажем, 5 лет назад, сегодня вдвое реже приходится обсуждать среди своих людей какие-то акции воздействия. Даже в кризис, когда казалось, что все зашатается, - ничего, удержали.

- Я не понял: это вы удержали ситуацию или милиция ее удержала?

- Да, можно сказать, обе стороны. К взаимной пользе. Это в девяностых все выламывали себе блага и рубились на этой почве, а теперь все делается цивилизованно. Деловые схемы известны обеим сторонам. Все стараются вести себя по-джентльменски. Я говорю не о том, кто кому «стучит» и кто с кого сколько имеет, - это тоже, конечно, есть и всегда будет. Но существуют и нормальные деловые взаимоотношения между авторитетами и теми ребятами из милиции, которые с правилами. И если же какой-то крайний случай, допустим, кровь пролилась, то еще вопрос, кто первый все вычислит. Я, конечно, не о шпане все это говорю. Люди Нургалиева хорошо ее загасили. Так что его ведомство реально эффективно. И никакие реформы ему не нужны.

- Но разве скандалы от Евсюкова и Дымовского не подтвердили необходимость реформы МВД?

- Наоборот. Они доказали, что кардинальные перемены не нужны. Само собой, в семье не без урода. У нас тоже есть и беспредельщики, и краснобаи. Но если сама семья воспринимает человека как урода, значит, это нормально. Вот если бы сама милиция одобряла Евсюкова, тогда стоило бы перепахать все МВД. Но этого же не было, зачем говорить? От исключительных фактов глупо сразу переходить к каким-то реформам.

- Ваши люди действительно считают феномен Евсюкова исключением?

- Я не помню милицию такой далекой от беспредела, как сегодня. Сейчас могут поражать разве что инциденты по денежной линии. Но это все обсуждаемые вопросы. А конкретно беспредела нет. Хотя надо понимать, что сами люди из МВД часто имеют дело с беспредельщиками. А с ними можно себя вести только соответственно. Но в целом ребята сильно дорожат своими погонами, это, кстати, лучшая гарантия от беспредела.

- Вот вы настроены так положительно, а почему другие дружно критикуют милицию?

- Да потому что они дилетанты. А у нас, хочешь не хочешь, вся жизнь проходит с МВД бок о бок. Но если конкретно, то это ведомство - эффективная структура. Показатели такие, что граждане вроде бы должны Дядей Степой гордиться. А в него все газеты бросают камни. Вот, например, они так набросились на тему травматического оружия... Даже смешно. Мол, генералы МВД обманули президента, сказали ему, что статистика вооруженной преступности не особо радует. То есть милиция, дескать, оговорила сама себя, перепутала знаки «плюс» и «минус». Почаще бы она так «обманывала». Да можно подумать, что опера не знают, что у нас вся «пехота» с этой самой травматикой ходит.

Однако заметьте: МВД на все эти обвинения особо и не оправдывается. И даже готово к каким-то там реформам на глазах у всего народа. Но если бы МВД и вправду было слабаком, то как оно смогло бы снизить уровень преступности. Похоже, вся это кампания задумана специально.

Например, чтобы отвлечь внимание от местных властей. Или от того же неприкасаемого ФСБ - о них-то коммерсанты толкуют побольше, чем о милиции. А ругать принято громче всех ее. Видно, верхушка МВД поддерживает эту игру.

- В ходе перемен из МВД активно убирают старшее поколение - это негативно скажется на работе милиции?

- Там такая работа, с которой, если ты в годах, то точно не справишься. Зачем выжимать человека как лимон, доводить до такого состояния, что он становится не нужен ни другим, ни себе?

- Однако многие авторитеты - люди в возрасте. Вот и у вас седина на висках. Разве молодые соколы Нургалиева могут с вами вести разговор на равных?

- Ну не аксакалов же ему держать на службе. Человек хоть в милиции, хоть в криминале уже в молодости заметен. Но разница такая: тех же «воров в законе» по выслуге лет не увольняют, они сами уходят в тень. А для генералов со звездами под плечами у Нургалиева всегда хватит генералов со звездами на плечах.

- Многим кажется, что в милиции их даже слишком много. Кстати, масштабные похороны «вора в законе» Япончика показали, на стороне каких генералов симпатии публики.

- Спасибо, конечно, на добром слове. Но вы преувеличиваете. Много в милиции генералов или мало - это внутренний вопрос. Что тут может казаться постороннему? Граждане не пытаются же рассуждать, достаточно ли или нет в России «воров в законе». А это те же генералы, только с темной стороны луны. Просто во времена, когда царят чинуши, людям наивно кажется, что криминал человечней, что ли.

- Реформаторы явно озабочены тем, что народ не проявляет симпатии к милиции, а сам министр подчеркнуто нехаризматичен.

- Зачем милицейскому генералу харизма? Он же не рэкетир и не мошенник. Вот политику харизма не помешает. А для МВД это просто было бы вредно. Зачем им театральные эффекты, если у них самые главные показатели преступности устойчиво нормальны?

- Тем не менее предполагается и ведомство зачистить, и менталитет изменить.

- Зачищать нужно беспредельщиков и жадных дураков, горящих на мелочах. А зачищать умных - всегда опасно. У них же в руках компромат, пусть не на первых лиц, но все-таки. И если перенапрячь струну, она может лопнуть - это непредсказуемо и опасно. Опасные люди должны быть под контролем. Вот и раздуваются антимилицейские настроения. Не существовало бы Евсюковых - их бы элементарно выдумали. Таких же можно долго и громко обсуждать. А стало быть, молчать про людей из других систем и других уровней. Не хотели бы размазывать эту историю - давно бы объявили того же Евсюкова психбольным. Оно и от истины было бы недалеко. Но, похоже, у МВД сейчас роль козла отпущения.

- Не получается ли так, что изначально чуждый милиции выходец из ФСБ Нургалиев сдает своих?

- Он сдает уродов, чтобы его нормальные люди могли нормально работать. Но лучше сказать, что уроды сами себя сдают. А сказать про человека, что он чужак, можно, только если он насаждает какие-то неподходящие методы работы. Но при Нургалиеве такого вроде бы не было. Милиция в последние годы идет в ногу со всеми. С властью и бизнесом прежде всего. До нас тоже доходили слухи, что Нургалиев пришел ненадолго. А МВД тем временем набирало обороты. И если бы Нургалиев вел себя как разрушитель, оно бы таким стать не смогло. Говорил-то и действовал он по делу, но так, чтобы при этом еще и возникали сомнения. Тут немалое административное искусство нужно, выдержка. Чтобы упреки отовсюду слышать, когда у тебя столько козырей на руках... Надо быть твердым человеком, уметь через себя переступать. За это и уважать можно. А в харизму и популярность сорваться легко.

- Вы об МВД более высокого мнения, чем граждане, потому, что лучше осведомлены, или потому, что вам хорошо живется при Нургалиеве?

- Это гражданам к лицу истерики. А я стараюсь говорить объективно. Хотя единого мнения быть не может, у нас многие ценят личную линию Нургалиева. Это безотносительно к тому, как конкретно кому живется. Но мы вообще-то чувствовали себя неплохо всегда, а сейчас особенно. Потому что есть время о душе подумать. Мы же на 99% теперь бизнесмены. Разница в 1% складывается из того, что при крайней необходимости готовы использовать, скажем так, собственные методы. И этот процент до Нургалиева был значительно больше.

- Выходит, усиленная критика МВД и начавшаяся в нем реформа - это заговор властей?

- Заговор все-таки бывает против кого-то. А это скорее нормальная договоренность. Результат у нее такой, как задумано. И криминальный градус в стране снижается, и милицейская линия выдерживается, и граждане могут излить чувства в нужном направлении.

- Может, реформы в МВД вовсе не нужны? Но социологи уверяют, что граждане боятся преступников в погонах.

- Наверное, это потому, что других преступников люди в милицейских погонах сильно ужали. Что ж, если народу уж так надо кого-то бояться, то пусть лучше он боится хотя бы этих.