Госкнигоконтроль

Наркополицейские переквалифицировались в литературных критиков

Кирилл ГРИЩЕНКОВ

Общественное мнение бурлит: некая женщина-библиотекарь из города Орска написала в своем блоге, что местное отделение Госнаркоконтроля пытается ввести в ее библиотеке цензуру и запретить книги, в которых упоминаются наркотики. ФСКН официально объявила случившееся местечковым самодурством, однако эксперты полагают, что история будет иметь продолжение.

Судя по всему, аналитики и специалисты IT-отрасли сильно недооценивают уровень развития интернета в нашей стране. В самом деле, кто бы мог подумать, что даже простая библиотекарша из далекого и, прямо скажем, заштатного Орска не только имеет постоянный доступ ко всемирной паутине, но способна вести свой собственный блог и активно взаимодействовать с другими обитателями сети. И тем не менее факт остается фактом - эта женщина сумела всколыхнуть блогерское сообщество, после чего дискуссия незамедлительно выплеснулась в реальную жизнь и уже привела к публичному скандалу на федеральном уровне.

Для тех, кто не следил за развитием событий, напомним вкратце канву этой истории. Итак, несколько дней назад в российских средствах массовой информации появилась информация о том, что в стране снова появилась цензура - на этот раз не идеологическая, а, скажем так, наркотическая. Дескать, Федеральная служба наркоконтроля составила некий «черный список» книг, которые то ли будут изымать, то ли уже изымают из библиотек, дабы те не склонили юных читателей к употреблению смертельного дурмана. Чиновники, видимо, исходили из того, что этим самым юным читателям о наркотиках узнать негде, кроме как в районной библиотеке...

Все, кто так или иначе касался злободневной темы, указывали в качестве источника информации на сотрудницу одной из библиотек уральского города Орска, которая опубликовала соответствующие сведения в своем блоге. Собственно, именно она и подняла шум, публично призвав к защите попранной наркополицейскими свободы слова.

Согласно утверждениям этой женщины, администрация ее библиотеки распространила среди сотрудников «Перечень продукции, содержащей элементы пропаганды и рекламы наркотических средств и психоактивных веществ». В список вошли самые разные произведения - от романов скандально известного шотландского прозаика Ирвина Уэлша до безобидного пособия по выращиванию шампиньонов в домашних условиях. Библиотечным работникам якобы было рекомендовано ознакомиться с ним и принять к сведению. При этом администрация ссылалась на распоряжение городского отдела культуры, а тот в свою очередь на местное отделение ФСКН.

Так или иначе, фактически все это означало запрет на выдачу читателям указанных в документе произведений - а ведь некоторые из них входят в учебные планы ряда гуманитарных факультетов и потому весьма востребованы студентами.

СМИ и широкая общественность благодатную тему тут же подхватили, и развернулись привычные словесные битвы демагогов. Сторонники и противники цензуры, радикальные либералы и непримиримые консерваторы, продвинутая молодежь и осторожные взрослые снова извели десятки часов и сотни мегабайтов на обсуждение проблемы, поиск виноватых и выработку очередных рецептов спасения России. По старой доброй традиции изначальная информация подверглась радикальному искажению, и вот уже зазвучали на всю страну тревожные призывы: граждане, спасайте свободу слова, книги крамольных авторов запрещают и изымают из библиотек!

...Но проходит еще пара дней - и все заканчивается так же неожиданно, как и началось. Вчера ФСКН официально опровергла информацию о «черных списках», списав все на местное самоуправство. Орское отделение службы принялось оправдываться, его сотрудники стали утверждать, что хотели лишь дать рекомендации библиотечным работникам, и никакой цензуры у них и в мыслях не было. Более того, они во всеуслышание объявили, что состав списка разработали не они, а вышестоящее - то есть областное - руководство. Те же среагировали по классической бюрократической схеме и, что называется, «ушли в несознанку», свалив все на тех же несчастных орских наркоконтролеров, на которых в итоге и посыпались все шишки.

Опровержения опубликованы, виновные найдены, история со списками замята. Что ж, вот и сказке конец? Отнюдь. Ряд несообразностей заставляют задуматься о том, как же легко манипулировать вниманием и эмоциями современного «свободного и независимого» человека. Сегодня для этого не нужно контролировать федеральное телевидение, быть знаменитым политиком или уважаемым общественным деятелем. Достаточно иметь голову на плечах, компьютер и выход в интернет.

О каких именно несообразностях идет речь? Возьмем, к примеру, сам скандальный список, вокруг которого развернулись дебаты. Его состав настолько очевидно нелеп, что остается предположить одно из двух: либо его составители плохо понимали свою задачу, либо же этот документ - своего рода приманка, которая должна была всколыхнуть общественное мнение. Скажем, нестерпимо крамольные с точки зрения наркоконтроля «На игле» Ирвина Уэлша и «Рассказики под экстази» Фредерика Бегбедера мирно соседствуют здесь с упомянутым выше пособием по выращиванию грибов и вполне обычной современной западной прозой. Кроме того, в списке почему-то отсутствует, например, наш отечественный мэтр Виктор Пелевин, в чьем легендарном романе «Generation «П» употреблению сушеных мухоморов посвящена целая глава - шуточная, конечно, но бдительных стражей порядка такие мелочи обычно не смущают. Не попал в перечень еретических книг и весьма популярный в нашей стране эзотерик Карлос Кастанеда, чье творчество довольно-таки тесно связано с употреблением галлюциногенных веществ.

Далее возникает вопрос к самой библиотекарше. Откуда вдруг в маленьком уральском городке взялась активная женщина-блогер, так удачно работающая в единственной в стране библиотеке, подвергшейся цензурной атаке Госнаркоконтроля? Как ей удалось за считанные дни сделать так, что воззвание из ее, прямо скажем, не самого популярного в сети блога разлетелось по стране? Размышляя над этим, не надо забывать, что создание и заполнение блога, равно как и распределение информации по нужным людям - дело, с которым справится один мало-мальски подкованный в компьютерах человек.

И, наконец, вопрос к наркополицейским - неужели они действительно не знают элементарных норм законодательства, которые регламентируют их собственную деятельность? В самом деле не в курсе, что какие-либо запреты или, тем паче, изъятия могут происходить только по решению суда, даже если вся книжка будет состоять лишь из фразы «Дети, пробуйте наркотики»? Наивно было бы так думать и так же наивно было бы верить, что стражи порядка действительно надеялись взять и проконтролировать поведение библиотек в обход недвусмысленных требований базовых законов.

Какова реальная подоплека всей этой истории, мы, конечно, никогда не узнаем. Но одно представляется очевидным - рассматривать ее в правозащитных терминах бесполезно. Просто потому, что цензура и свобода слова тут совершенно ни при чем. Наиболее реалистичными эксперты считают две версии. Первая - зондирование общественного мнения на предмет возможного ужесточения контроля за культурной жизнью. Разговоры разговорами, а как общество отреагирует на случай реальной, а не абстрактной «морально-нравственной» цензуры? В таком случае анонимные исследователи действуют, как американские ученые, бомбардирующие Луну зондами и потом анализирующие поднявшееся облако камней и пыли. Запустил сногсшибательную новость - подождал недельку - опроверг - и полный спектр народных мнений готов, причем с минимальными затратами.

Вторая версия куда прозаичнее - банальная чиновная аппаратная игра. На фоне показательной борьбы с коррупцией в силовых структурах местные проверяющие органы решили проявить служебное рвение и устроить маленькую демонстрацию бдительности в масштабах области, но их доблестные подвиги действительно по случайности - или по чьему-то злому умыслу - стали достоянием общественности. В этих условиях начальство было вынуждено играть в молчанку и открещиваться от переусердствовавших подчиненных. Впрочем, есть и третья версия, конспирологическая - смысл ее в том, что людей отвлекают пространными эмоциональными дискуссиями от неких действий властей. Например, дебаты по поводу свободы слова могли бы создать замечательную завесу для действительно серьезных правительственных споров относительно смертной казни. Решение нужно принять быстро, и, учитывая отношение россиян к проблеме, их лучше бы переключить на что-то иное. В целом эта версия, по мнению автора этих строк, тоже имеет право на жизнь.

В связи со всем сказанным выше хочется предостеречь читателей от души прекрасных порывов. В том, что касается российской политики, они бессмысленны и приводят лишь к вредным иллюзиям. Не стоит поддаваться вечному русскому соблазну поговорить о вечных ценностях вроде свободы слова и творческого самовыражения - скорее всего за этими душеспасительными разговорами вы не заметите реальных проблем, от которых кто-то очень хочет вас отвлечь.