Ты — турникет, я — дурак

Пассажир виноват априори

Ирена ТАТОНОВА

Турникет в метро «сожрал» у меня одну поездку. Но я этого никому не доказала. Билет № 0266233826, купленный на станции метро «Улица 1905 года» 12 ноября, так и лежит у меня в сумочке. А выигранные при покупке сразу пяти поездок несколько рублей обернулись большей потерей: каждая из них обошлась мне дороже обычной.

Электроника, конечно, великая вещь, что и говорить. Но это всего лишь техника, придуманная человеком. Тем не менее принято считать: такая машина ошибиться не может. И сколько хочешь объясняй - бесполезно. Нет у пассажира презумпции невиновности. Дескать, каждый норовит проскочить задаром. И ваш билет, который вы храните, чтобы доказать свою правоту, превращается в улику.

Стоит проинформировать читателей: разбираться в подобных ситуациях призвано пассажирское агентство Московского метрополитена. Если вы оказались в схожей с моей ситуацией, стоит позвонить по телефонам: 688-02-61, 681-97-43 и 622-23-18. Здесь вы можете узнать, что произошло с вашим билетом. Но для этого вы должны обязательно его сохранить. Без номера билета разговаривать не о чем. Если докажете, что правы, сможете в пассажирском агентстве (станции метро «Красные ворота», «Алтуфьево» и «Каширская») вернуть деньги в обмен на этот билет.

Но мне не повезло. По версии метрошной электроники, я с разницей буквально в минуту дважды использовала свой билет. Можно себе представить: вот я перебегаю дорогу от Государственного университета управления, где была по долгу службы, вхожу в метро, прикладываю карточку к «глазу» турникета, он включает для меня зеленый свет, я стою, считаю ворон, в результате чего вновь загорается красный и мне приходится снова пользоваться своим билетом. А потом я решаю «выбить» из метрополитена несколько рублей. Это при условии, что нахожусь в здравом уме и твердой памяти, не записная скандалистка и в любви к «халяве» замечена не была.

По моей версии, все иначе. Приложила билет - и он показал оставшееся количество поездок с учетом того, что намедни ехала по нему домой, а утром - на станцию «Выхино». Итак, после мероприятия по пути в редакцию приложила билет, пошла вперед и уткнулась в закрытые дверцы турникета. В изумлении обратилась к дежурной у турникетов: дескать, проплатила, но не пускают.

- Ничего не знаю, - отрезала та. - У вас запищало. Пропускать не буду.

Вообще-то мамина подруга - музыкант по образованию и состоянию души - говорила, что у меня почти абсолютный слух. Это я к тому, что услышала бы, если б запищало.

Стала объяснять, что заплатила, потому что аппарат показал оставшееся количество поездок - две. Считайте вместе со мной: вечером 12-го купила билет, возвращаясь с работы. Совершила одну поездку, направляясь домой, - осталось четыре. Утром поехала на «Выхино» - осталось три. И вот сейчас он сработал и показал мне две оставшиеся поездки, но дверцы почему-то не открылись.

Ничего я дежурной не доказала. Это как с моим соседом, по заявлениям которого у нашего дома вырубили все деревья: якобы от них большая тень, и его угловая квартирка на первом этаже никогда не видит солнца, всегда сырая. Когда стала объяснять, что в борьбе с сыростью надо начинать с подвала, где в это время «потекла» труба отопления, он ответил: течет не под его квартирой, под соседней. Это ж как надо было физику в школе учить, чтобы категорически не усвоить: для пара в таком пространстве нет границ!

Вот так и непреклонная дежурная настаивала на своем. А тут еще народ в спину раздраженно задышал: дескать, стопорите движение, девушка. Я и побежала дальше.

Но было обидно. Конечно очень уважаю наш метрополитен и всех, кто там работает. Это огромная, сложная система, требующая повышенного внимания на всех этапах ее функционирования. Это объект стратегический. Но я-то в чем виновата? Никогда не прыгала козлом поверх заграждений, никогда не пользовалась родительской социальной картой для прохода, никогда не торговала в метро васильками, шарфиками и черепашками, никогда не клеила к перилам жвачку, на перроне всегда стояла за линией безопасности, никогда не раздвигала руками закрывающиеся дверцы поезда (чтобы влезть именно в этот), никогда не расклеивала несанкционированную рекламу, никогда не бегала по эскалаторам. И все равно нет у меня презумпции невиновности. Ну нет. И все тут.

И поговорить с кем-нибудь из инженерного персонала на предмет причины случившегося не получилось.

Пришла, стала в редакции на жизнь жаловаться. Оказалось, не одна обижена общественным транспортом. Вот моя коллега говорит об автобусных и троллейбусных билетах: купишь их на несколько поездок, а они размагничиваются раньше времени. Не получается сэкономить, расход один. А обмен испорченного на живые деньги оборачивается такой бюрократической волокитой, что поневоле сначала подумаешь: а оно тебе надо? А потом присовокупишь: а может, так и было задумано? Это ж сколько неучтенных денег в масштабах многомиллионного города получается!.. Но в «Мосгортрансе» наличие злого умысла отметают:

- Суть в том, что в любой партии проездных билетов, сколько ни отбраковывай, обязательно будет некоторое количество некачественных, - рассказали нам в пресс-службе ведомства. - К тому же зачастую сами пассажиры неправильно с ними обращаются. Эти карты нельзя хранить около других карт, ключей, возле телевизора, их нельзя мять и мочить. У нас очень четкий механизм обмена таких билетов. Для этого надо обратиться в любой пункт реализации билетов. Дополнительную информацию на эту тему можно получить на нашем сайте.

Надо сказать, как в метро, так и в наземных службах, разговаривают с пассажирами вежливо, не грубят, не хамят. Хорошим манерам мы все же научились. Но это не избавляет нас от нервотрепки и лишней беготни. С виноватым видом. Пищит - не слышим, карты проездные водой поливаем. И совершенно бессильны перед турникетом. Перефразируя известное высказывание про «веселенькие» взаимоотношения руководителя и подчиненного: ты - турникет, я - дурак. В связи с этим хочу все же понять: если на моей карте было зафиксировано две подряд поездки, могло ли, как сказала дежурная, в первом случае «запищать»?